Старушка опять засуетилась, начала раскрывать ящики в комоде. Лаврецкий сидел неподвижно на своем стуле. Вдруг послышались легкие шаги по лестнице — и вошла Лиза. Лаврецкий встал и поклонился; Лиза остановилась у двери.
— Лиза, Лизочка, — хлопотливо заговорила Марфа Тимофеевна, — куда ты мою книжку, книжку куда положила?
— Какую книжку, тетенька?
— Да книжку, боже мой! Я тебя, впрочем, не звала… Ну, все равно. Что вы там внизу делаете? Вот и Федор Иваныч приехал. Что твоя голова?
— Ничего.
— Ты все говоришь: ничего. Что у вас там внизу, опять музыка?
— Нет — в карты играют.
— Да, ведь она на все руки. Шурочка, я вижу, тебе по саду бегать хочется. Ступай.
— Да нет, Марфа Тимофеевна…
— Не рассуждай, пожалуйста, ступай. Настасья Карповна в сад пошла одна: ты с ней побудь. Уважь старуху. — Шурочка вышла. — Да где ж это мой чепец? Куда это он делся, право?