Вера (которая все время глаз не сводила с Горского). Да, мы были довольно смешны вчера... И вы тоже уносились, как вы говорите, в небо... Вообразите, господа, Горский мне вчера читал стихи, да какие все сладкие, задумчивые!
Станицын. Он вам читал стихи?
Вера. Как же... и таким странным голосом... словно больной, с такими вздохами...
Горский. Вы сами этого требовали, Вера Николаевна!.. Вы знаете, что по собственной охоте я редко предаюсь возвышенным чувствам...
Вера. Тем более вы меня удивили вчера. Я знаю, что вам гораздо приятнее смеяться, чем... чем вздыхать, например, или... мечтать.
Горский. О, с этим я согласен! Да и в самом деле назовите мне вещь, недостойную смеха? Дружба, семейное счастье, любовь?.. Да все эти любезности хороши только как мгновенный отдых, а там давай бог ноги! Порядочный человек не должен позволить себе погрязнуть в этих пуховиках...
Мухин с улыбкой посматривает то на Веру, то на Станицына;
Вера это замечает.
Вера (медленно). Как видно, что вы говорите теперь от души!.. Но к чему вы горячитесь? Никто не сомневается в том, что вы всегда так думали.
Горский (принужденно смеясь). Будто? Вчера вы были другого мнения.