Мошкин (подсаживаясь к ней). Вот еще, что выдумала!.. Какой я... то есть того, я точно... Ну, да все равно. А посмотри-ка на меня...
Она взглядывает на него.
Ах, Маша, Маша, ты опять плакала.
Маша отворачивается.
Я, понимаю, Маша, я все понимаю, а все-таки, право... Право, ты напрасно эдак... Право, оно еще может... того... все... Конечно... (Он делает неопределенные движения руками.) Вот ты увидишь, право.
Маша. Да я, Михайло Иваныч, я ничего...
Мошкин. Какое ничего!.. Ты... нет. Ты... не ничего. Ты вот плачешь. А отчего? Какая то есть причина? Конечно, я не спорю, а все-таки... То есть, разумеется... А, впрочем, мы увидим... (Утирает лицо платком.) Что это дурак Стратилат-ка как здесь натопил!..
Маша. Вы напрасно беспокоитесь, Михайло Иваныч, право напрасно.
Мошкин. Да кто тебе сказал...
Маша. По крайней мере обо мне вам не из чего тревожиться... Поверьте (с горькой усмешкой), я совершенно покорилась своей участи.