Вера (оборачиваясь к нему). Наталья Петровна вас любит, Беляев.
Беляев. Как?
Вера. Она влюблена в вас.
Беляев. Что вы говорите?
Вера. Я знаю, что я говорю. Сегодняшний день меня состарил... Я не ребенок больше, поверьте. Она вздумала ревновать... ко мне! (С горькой улыбкой.) Как вам это кажется?
Беляев. Да это быть не может!
Вера. Не может быть... Но зачем же она вдруг вздумала выдать меня за этого господина, как бишь его, за Большинцова? Зачем подсылала ко мне доктора, зачем сама уговаривала меня? О, я знаю, что я говорю! Если б вы могли видеть, Беляев, как у ней все лицо переменилось, когда я ей сказала... О, вы не можете себе вообразить, как хитро, как лукаво она выманивала у меня это сознание... Да, она вас любит; это слишком ясно...
Беляев. Вера Александровна, вы ошибаетесь, уверяю вас.
Вера. Нет, я не ошибаюсь. Поверьте мне: я не ошибаюсь. Если она вас не любит, зачем же она меня так истерзала? Что я ей сделала? (Горько.) Ревность все извиняет. Да что и говорить!. И теперь вот зачем она вам отказывает? Она думает, что вы... что мы с вами... О, она может успокоиться! Вы можете остаться! (Закрывает лицо руками.)
Беляев. Она до сих пор мне не отказала, Вера Александровна... Я вам уже сказывал, что еще ничего не решено...