ОЛЬГА. Я, признаюсь, со своей стороны, такой большой вины не вижу… Вы уже не молоды… вероятно, от вина отвыкли — ну, пошумели немного…
КУЗОВКИН. Нет-с, Ольга Петровна, не извольте меня оправдывать-с. Покорно вас благодарю — а только я чувствую свою вину.
ОЛЬГА. Или вы, может быть, сказали что-нибудь обидное для моего мужа и для господина Тропачева?..
КУЗОВКИН (опуская голову). Виноват-с.
ОЛЬГА (не без волнения). Послушайте, Василий Петрович, хорошо ли вы помните все ваши слова?
КУЗОВКИН (вздрагивает, глядит на Ольгу и медленно произносит). Не знаю-с… какие слова…
ОЛЬГА. Вы говорят, что-то сказали…
КУЗОВКИН (поспешно). Соврал-с, Ольга Петровна, непременно соврал-с. Что пришло на язык, то и сказал. Виноват-с. Не в своем уме находился.
ОЛЬГА. Однако… с чего бы, кажется, пришло вам в голову…
КУЗОВКИН. А бог знает, с чего. Сумасшествие просто. Я, признаюсь, от вина уже отвык совершенно. Ну выпил — ну и пошел. Бог знает что наболтал-с. Оно бывает-с. А я все-таки виноват кругом — и наказан поделом. (Хочет подняться.) Позвольте проститься, Ольга Петровна… Не извольте поминать лихом.