- Да! Я поверил... Он также сказал, что и с молодым... Словом, мой поступок не имеет оправданья.
- И ты удалился, чтобы все перервать?
- Да; это лучшее средство... в таких случаях. Я поступил дико, дико, –подхватил он.
Мы оба помолчали. Каждый из нас чувствовал, что другому было стыдно; но мне было легче: я стыдился не за себя.
XX
- Я бы теперь этому Виктору все кости переломал,- продолжал Фустов, стиснув зубы,- если бы сам не сознавал себя виноватым. Я теперь понимаю, почему вся эта штука подведена было: с замужеством Сусанны они лишались ее пенсии... Подлецы!
Я взял его за руку. - Александр,- спросил я,- ты был у ней?
- Нет; я прямо с дороги к тебе. Я пойду завтра... завтра рано. Этого нельзя так оставить. Ни за что! .
- Да ты... любишь ее, Александр? Фустов как будто обиделся.
- Конечно, я ее люблю. Я очень к ней привязан.