Он взял фуражку и пошел вон из комнаты.
- Но ты обещаешь тотчас прийти сюда и все сказать мне?- крикнул я ему вслед.
- Обещаю... Прощай!
Я лег в постель, но на сердце у меня было неспокойно, и я досадовал на моего друга. Я заснул поздно и видел во сне, будто мы с Сусанной бродим по каким-то подземным сырым переходам, лазим по узким крутым лестницам, и все глубже и глубже спускаемся вниз, хотя нам непременно следует выбраться вверх, на воздух, и кто-то все время беспрестанно зовет нас, однообразно и жалобно.
XXI
Чья-то рука легла на мое плечо и несколько раз меня толкнула... Я открыл глаза и, при слабом свете одинокой свечи, увидел пред собою Фустова. Он испугал меня. Он качался на ногах; лицо его было желто, почти одного цвета с волосами; губы отвисли, мутные глаза глядели бессмысленно в сторону. Куда девался их постоянно ласковый и благосклонный взор? У меня был двоюродный брат, который от падучей болезни впал в идиотизм... Фустов походил на него в эту минуту. Я поспешно приподнялся.
- Что такое? Что с тобою? Господи! – Он ничего не отвечал.
- Да что случилось? Фустов? Говори же! Сусанна?.. – Фустов слегка встрепенулся.
- Она...-начал он сиплым голосом и умолк.
- Что с нею? Ты ее видел? – Он уставился на меня.