Иван Афанасьич почел за приличное не распространяться более насчет племянницы.
- Это у вас в клетке какая птица, Прасковья Ивановна?
- А бог ее знает. Птица.
- Гм! Ну, а впрочем, прощайте, Прасковья Ивановна.
- Просим прощения вашему благородию. В другой раз милости просим. Чайку откушать.
- С особенным удовольствием, Прасковья Ивановна. Петушков вышел. На крыльце ему попалась Василиса. Она засмеялась.
- Куда вы это ходить изволили, голубчик мой?-сказал Петушков не без удальства.
- Ну, полноте, полноте, балагур, шутник вы этакой.
- Хе, хе. А письмецо мое изволили получить? Василиса спрятала нижнюю часть лица в рукав и ничего не отвечала.
- И на меня уже не гневаетесь?