- Иван Афанасьич,- начал он,- вы бы перекусили чего?
- Перекусил бы? - повторил Петушков.
- А то, может, трубки не угодно ли?
- Трубки? - повторил Петушков.
- Вот оно куда пошло,- проворчал Онисим,- зацепило, значит,
VIII
Стук сапогов раздался в передней - а там послышался обычный сдержанный кашель, уведомляющий о прибытии подчиненного лица. Онисим вышел и тотчас же вернулся в сопровождении крошечного гарнизонного солдата с старушечьим лицом, в изношенной до желтизны и заплатанной шинели, без брюк и без галстука. Петушков встрепенулся - а солдат вытянулся, пожелал ему "здравья" и вручил ему большой конверт, запечатанный казенной печатью. В этом конверте находилась записка от майора, командовавшего гарнизоном: он требовал к себе Петушкова немедленно и безотлагательно.
Петушков повертел записку в руках и не мог удержаться, чтобы не спросить посланца: "Не известно ли ему, зачем майор его к себе требует?"-хотя очень хорошо понимал всю бесполезность своего вопроса.
- Не могим знать! - усиленно, но чуть слышно, словно спросонья, крикнул солдат.
- А других господ офицеров к себе он не требует?-продолжал Петушков.