Он, изнывая, произнес.
Бывало, пламенная речь
Звенела, как булатный меч,
Гремела, как набат, когда
Во дни покорности, стыда
Упругой меди тяжкий рев
В народе будит ярый гнев
И мчатся граждане толпой
На грозный, на последний бой.
Теперь же — с бледных губ — едва,