Да.

Ребенок искренний, тогда

Я был глупей тебя — глупей…

Я не шутил душой моей…

И всё, над чем смеешься ты

Так величаво, те «мечты»

В меня вросли так глубоко,

Что мне забыть их нелегко.

Но ты, бесстрастный человек,

Ты успокоился навек.