Теперь… Он был любим! он был любим!
Кто мог, о небеса, сравниться с ним?
LXX
Андрей блаженствовал… Но скоро в нем
Другое чувство пробудилось. Странно!
Он поглядел задумчиво кругом…
Ему так грустно стало — несказанно,
Глубоко грустно. Вспомнил он о том,
Что в голове его не раз туманно
Мелькало… но теперь гроза бедой,