И неужели этим людям? Им?
Им, столь ничтожным? им, столь низким?
А между тем тому, кто над толпой
Поднимется, ее глубоко презирая,
И к нему смело полетит,
Исполненный отвагою и силой, —
Тому один обман! Тому жизнь в наготе!
Как будто бы мы пасынки судьбы,
А эти люди ее дети!
(Стено подходит к столу и берет с него заряженный пистолет.)