Представив их друг другу, он подал стул подпоручику, а сам пошел надеть свои рога.
Подпоручик не знал, с чего начать, не оттого, что он не умел, как говорится, вести разговор, но он не знал имени и отчества чёртовой бабки и не мог придумать, как ее назвать: «Сударыней просто?» Неловко… Наконец, он решился и начал было:
— Милостивая государыня…
Но старуха странным образом разинула рот и чрезвычайно хриплым голосом проговорила:
Без лишних слов!
Без лишних слов!
Подпоручик Иван Бубнов!
Ивану Андреевичу показалось, что слова старухи летели к нему винтом — вот как летают турманы… Но он давно перестал смущаться и только тряхнул головой. Старуха продолжала щелкать орехи и глядела на него во все глаза — как будто ожидая его слов. Но Иван Андреевич пришел в тупик и сидел молча — как истукан. Старухе, видно, скучно стало: она вдруг вскочила, схватила Ивана Андреевича за руки и пустилась с ним плясать по комнате с неимоверною быстротой, приговаривая:
Подпоручик! *
Мой амурчик,