Горский. Может быть… может быть… А, да вот растворяется дверь из гостиной… Идет фамильный полонез!
(Из гостиной выходит Анна Васильевна. Ее ведет Станицын. За ними выступает Варвара Ивановна… Вера бежит навстречу матери и обнимает ее.)
Г-жа Либанова (слезливым шёпотом). Pourvu que tu sois heureuse, mon enfant…[74]
(У Станицына глаза разбегаются. Он готов заплакать.)
Горский (про себя). Какая трогательная картина! И как подумаешь, что я мог бы быть на месте этого болвана! Нет, решительно, я не рожден для семейной жизни… (Громко.) Ну, что, Анна Васильевна, кончили ли вы, наконец, свои премудрые распоряжения по хозяйству, счеты и расчеты?
Г-жа Либанова. Кончила, Eugène, кончила… а что?
Горский. Я предлагаю заложить карету и съездить целым обществом в лес.
Г-жа Либанова (с чувством). С удовольствием. Варвара Ивановна, душа моя, прикажите.
Варвара Ивановна. Слушаю-с, слушаю-с. (Идет в переднюю.)
M-lle Bienaimé (закатывая глаза под лоб). Dieu! que cela sera charmant![75]