Тропачев. Нет, я не шучу. (Кузовкину.) А что ж вы не пьете за здоровье Павла Николаича — а? (Иванову.) И вы тоже — а?
Кузовкин (не без замешателъства). Я очень рад…
Тропачев. Карпаче, налей ему… да полней. Вот так, что за церемонии.
Кузовкин (встает). За здоровье почтенного хозяина… и хозяйки. (Кланяется, пьет и садится. Иванов тоже кланяется и пьет молча.)
Тропачев. А, браво! (Елецкому.) Погодите… nous allons rire[92]. Он довольно забавен — только надо его подпоить. (К Кузовкину, играя ножом.) Ну, как вы поживаете, Имярек Иваныч? я вас давно не видал. Всё помаленьку небось?
Кузовкин. Помаленьку-с, как вы сказывать изволите-с.
Тропачев. Так. Ну, хорошо. А что, Ветрово достается вам, наконец, или нет?
Кузовкин (потупляя глаза). Вам угодно шутить-с.
Тропачев. Помилуйте, с чего вы это взяли? Я в вас участье принимаю. Я нисколько не шучу.
Кузовкин (со вздохом). Никакого еще решенья нету-с.