Маргарита (за сценой). Нет еще; да он не скоро придет, — он пошел к нашему соседу, к алькаду*, и, наверное, до полуночи проиграет с ним в шахматы.
(Они обе подходят к окну.)
Маргарита. А вы опять сидели у окна, сеньора? Вот вы когда-нибудь простудитесь…
Донья Долорес. Я… я смотрела на звезды.
Маргарита. На звезды! Ох вы, молодые люди! и ночью-то вам не спится; а мне так мочи нет, — голова болит, спина болит, а глаза так и слипаются.
Донья Долорес. Что ж, Маргарита, ступай отдохни.
Маргарита. Да как же мне вас оставить?
Донья Долорес. Ничего, ничего; я сама скоро лягу спать. Ступай, ступай, бедняжка; мне, право, жаль тебя…
Маргарита. Ну, прощай, мой ангелочек!
Донья Долорес. Прощай. (Она ее обнимает, уходит с ней и через несколько времени показывается у окна.) Сеньор! сеньор! (Дон Рафаэль осторожно выходит.) Послушайте, могу ли я вполне положиться на вас? Точно ли вы честный человек?