Антоний. Нет… Расскажи же мне.
Карло. Да — что ж я… Ну… (Снимает свою шпагу.) Помнишь ли ты — тому лет… лет… ну всё равно… мы с тобой служили в одном полку, в войске славного, знаменитого Сфорцы* — и дрались за ее величество королеву Иоанну* …
Антонио. Помню, помню…
Карло. Ну… и последнее наше сражение помнишь?.. Признаться — жаркий был денек: мы целый день дрались, как львы, — да невмочь пришло: не совладать одному с десятерыми… погнали нас… у меня голова ходила кругом, язык пересох — наглотался я пыли… что бы я дал тогда за кружку воды… мы с тобой бежали рядышком… помнишь?
Антоний. Помню… рассказывай.
Карло. Вдруг я слышу выстрел… оглянулся — Прямо на нас, как теперь вижу, летит великан в черных латах на буром коне, подскакал, замахнулся — я было подставил шпагу, да куда! — повалился я, как сноп!.. раскроил мне голову, проклятый! Говорят, ты его тут же ссадил с коня — молодец ты был, Антонио, рубака знатный… Ну, кровь залила мне глаза, дыхание сперлось; я подумал пришлось околевать — и что ж? Валялся дня два на земле — и видишь, жив. Меня нашли, подняли; я долго был болен, выздоровел… (Со вздохом.) Уж мыкался я, мыкался по свету… Где ни бывал? Кому ни служил? Вот и стар стал и сед, как видишь, — а всё еще не нашел себе пристанища! Да и на что?
(Гроза начинается.)
А удивляюсь я тебе, брат Антонио, признаюсь… Совсем ты стал другим человеком… помнишь, бывало… Ну извини, извини: я вижу, ты хмуришься — а хотел бы я поболтать с тобой о старине…
Антоний (садится к нему ближе). Так что ж? говори — я не испугаюсь.
Карло. Ай да славно! Вот — люблю… Так садись же поближе ко мне…