Карло. Да.
Антоний (после некоторого молчания).
О боже (мой)! Как тронут я глубоко…
Как я дрожу и сам себе не верю,
Как сердце бьется… К старческим губам
Прижмись письмо… прижмися крепче, ближе.
Одарены непостижимой силой
Вы, бледные, трепещущие строки,
Начертанные в час тоски безумной
Любимой женскою рукой… Меня