Он не договорил своей речи и махнул рукой. Я начал уверять его, что он ошибается, что я очень рад нашей встрече и проч., а потом заметил, что для управления именьем, кажется, не нужно слишком сильного образования.
— Согласен, — отвечал он, — я с вами согласен. Да всё же нужно такое, особенное расположение! Иной мужика дерет как липку, и ничего! а я… Позвольте узнать, вы сами из Питера или из Москвы?
— Я из Петербурга.
Он пустил ноздрями долгую струю дыма.
— А я в Москву еду служить.
— Куда же вы намерены определиться?
— А не знаю; как там придется. Признаться вам, боюсь я службы: как раз под ответственность попадешь. Жил всё в деревне; привык, знаете… да уж делать нечего… нужда! Ох, уж эта мне нужда!
— Зато вы будете жить в столице.
— В столице… ну, я не знаю, что там в столице хорошего. Посмотрим, может быть, оно и хорошо… А уж лучше деревни, кажется, и быть ничего не может.
— Да разве вам уже невозможно более жить в деревне?