Жид пожал плечами.
— А что сам заплатил. Двести рублей.
Лошадь стоила вдвое — а пожалуй, что и втрое против этой суммы.
Чертопханов отвернулся в сторону и зевнул лихорадочно.
— А когда… деньги? — спросил он, насильственно нахмурив брови и не глядя на жида.
— А когда будет васему благородию угодно.
Чертопханов голову назад закинул, но глаз не поднял.
— Это не ответ. Ты говори толком, иродово племя! Одолжаться я у тебя стану, что ли?
— Ну, сказем так, — поспешно проговорил жид, — через шесть месяцев… согласны?
Чертопхапов ничего не отвечал. Жид старался заглянуть ему в глаза.