— Это у вас в клетке какая птица, Прасковья Ивановна?
— А бог ее знает. Птица.
— Гм! Ну, а впрочем, прощайте, Прасковья Ивановна.
— Просим прощения вашему благородию. В другой раз милости просим. Чайку откушать.
— С особенным удовольствием, Прасковья Ивановна.
Петушков вышел. На крыльце ему попалась Василиса. Она засмеялась.
— Куда вы это ходить изволили, голубчик мой? — сказал Петушков не без удальства.
— Ну, полноте, полноте, балагур, шутник вы этакой.
— Хе, хе. А письмецо мое изволили получить? Василиса спрятала нижнюю часть лица в рукав и ничего не отвечала.
— И на меня уже не гневаетесь?