— Я вас знаю мало, — повторил Базаров. — Может быть, вы правы; может быть, точно, всякий человек — загадка. Да хотя вы, например: вы чуждаетесь общества, вы им тяготитесь — и пригласили к себе на жительство двух студентов. Зачем вы, с вашим умом, с вашею красотою, живете в деревне?
— Как? Как вы это сказали? — с живостью подхватила Одинцова. — С моей… красотой?
Базаров нахмурился.
— Это всё равно, — пробормотал он, — я хотел сказать, что не понимаю хорошенько, зачем вы поселились в деревне?
— Вы этого не понимаете… Однако вы объясняете это себе как-нибудь?
— Да… я полагаю, что вы постоянно остаетесь на одном месте потому, что вы себя избаловали, потому, что вы очень любите комфорт, удобства, а ко всему остальному очень равнодушны.
Одинцова опять усмехнулась.
— Вы решительно не хотите верить, что я способна увлекаться?
Базаров исподлобья взглянул на нее.
— Любопытством — пожалуй: но не иначе.