— Вы слышали последние слова Нежданова?
— Да; он досадует, что я слушаюсь вас больше, чем его. И ведь это правда. Я люблю его, а слушаюсь вас. Он мне дороже… а вы мне ближе.
Соломин осторожно поласкал своей рукой ее руку.
— Эта история… очень неприятная, — промолвил он наконец. — Если Маркелов в ней замешан — он погиб.
Марианна вздрогнула.
— Погиб?
— Да. Он ничего не делает вполовину — и не прячется за других.
— Погиб! — шепнула Марианна снова, и слезы побежали по ее лицу. — Ах, Василий Федотыч! мне очень жаль его. Но почему же он не может восторжествовать? Почему он должен непременно погибнуть?
— Потому, Марианна, что в подобных предприятиях первые всегда погибают, даже если они удаются… А в этом деле, что он затеял, не только первые и вторые погибнут — но и десятые… и двадцатые…
— Так мы и не дождемся?