— Нет, — отвечал Давыд, — мы теперь французов бьем.
— Ну — тебе лучше знать. Так порадей. Прощайте, господа!
XIV
А то вот еще какой разговор происходил всё у того же забора. Раиса казалась озабоченной больше обыкновенного.
— Пять копеек кочан капусты, да и кочан-то «махенький-премахенький»… — говорила она, подперши рукою подбородок. — Вон как дорого! А за шитье деньги еще не получены.
— Тебе кто должен? — спросил Давыд.
— Да всё та же купчиха, что за валом живет.
— Эта, что в шушуне зеленом* ходит, толстая такая?
— Она, она.
— Вишь, толстая! От жира не продышится, в церкви так даже паром от нее шибает, а долги не платит!