Аваков. Что же? и точно…
Надежда Павловна. Трус!
Аваков. Да ведь это я всё-таки для вас боялся. А впрочем – прогулка прогулке розь. Ну, в хорошую погоду отчего не пройтись этак возле моря… Оно, точно, приятно. Но, например, вот на днях мы ездили смотреть какие-то подземные ванны… Ну, что тут хорошего? Темнота, грязь. Сидишь на спине какого-то дурака, а он еще смеется над тобой, что ты тяжел. Мне говорят, в этих ваннах консулы купались, – да какое мне дело до этих консулов, позвольте спросить?
Надежда Павловна. Небось русские бани лучше?
Аваков. Да полноте, Надежда Павловна, полноте – захочется и вам, наконец, домой-то вернуться. Погодите еще, надоест вам разъезжать с конца в конец по Европе. Прискучат вам все эти ваши синьоры, да мейнгеры, да французики… со своими курточками, бородками, ужимочками. ( Передразнивает их. Надежда Павловна смеется. )
Аваков. Я одному удивляюсь, Надежда Павловна… Как вы, с вашим умом, даете себя в обман. Ведь вы посмотрите на них – ведь у них так в глазах и написано, что вы, мол, варвары – и если б не ваши деньги…
Надежда Павловна. Ну, уж извините, Сергей Платоныч, я не думаю, чтобы со мной знакомились из-за моих денег…
Аваков. А то еще хуже… Какой-нибудь этакий фигурантик подходит к вам таким завоевателем, ему бы за неслыханное счастье надо почитать, что вы его пускаете к себе, а он куда?.. он завоеватель, он рисуется! говорит с вами – и палец за жилет закладывает, а? палец? каково? Еще иной не умеет… не попадает… за жилет-то… ( Опять передразнивает его. )
Надежда Павловна ( смеясь ). Ну, полноте, Сергей Платоныч, не горячитесь, поверьте, я не хуже вас знаю цену этим господам.
Аваков. Да… знаете… А между тем, небось, что они меж собой говорят: что, мол, монтер, чем ты теперь занимаешься, мон шер? Да ничем, мон шер, в меня одна русская княгиня влюбилась, а сам этак ножкой постукивает да цепочкой по пустому-то по желудку играет, юн пренсесс рюсс, мон шер, так я вот с ней от скуки, знаешь, мон шер…