Что он Гекубе, что она ему,
Что плачет он об ней?..
А я… презренный, малодушный раб,
Я трус! Кто назовет меня негодным?
Кто скажет мне: ты лжешь?
А я обиду перенес бы… Да!
Я голубь мужеством: во мне нет желчи,
И мне обида не горька…
Каратаев уронил рюмку и схватил себя за голову. Мне показалось, что я его понял.
– Ну, да что, – проговорил он наконец, – кто старое помянет, тому глаз вон… Не правда ли? (И он засмеялся.) На ваше здоровье!