– Не беспокойтесь, не беспокойтесь, – залепетал он.
Мы уселись. Чертопханов вышел в соседнюю комнату.
– Давно вы пожаловали в наши Палестины? – заговорил Недопюскин мягким голосом, осторожно кашлянув в руку и, для приличья, подержав пальцы перед губами.
– Другой месяц пошел.
– Вот как-с.
Мы помолчали.
– Приятная нонеча стоит погода, – продолжал Недопюскин и с благодарностию посмотрел на меня, как будто бы погода от меня зависела, – хлеба, можно сказать, удивительные.
Я наклонил голову в знак согласия. Мы опять помолчали.
– Пантелей Еремеич вчера двух русаков изволили затравить, – не без усилия заговорил Недопюскин, явно желавший оживить разговор, – да-с, пребольших-с русаков-с.
– Хорошие у господина Чертопханова собаки?