Балагалаев. Вельвицкого мне позвать,
Беспандин. Я вам заранее объявляю, что я на все согласен; что Николай Иваныч скажет, тому и быть.
Каурова. И я тоже.
Суслов. Посмотрим.
М и р в о л и н. Вот что похвально, то похвально.
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ
Те же и Вельвицкий, с планами.
Балагалаев. А! подойди сюда. (Развертывает планы.) Принеси-ка вон столик... Вот-с, извольте посмотреть... вот-с... "Сельцо Кокушкино, Раково тож, душ по 8-й ревизии мужеска пола 94"... Посмотрите-ка, как карандашом все перечерчено: не в первый раз мы над этим планом бьемся... "Всей земли 712 десятин, неудобной 81, под усадьбой с выгоном 9; чересполосица есть, но немного". Вот это именье нам приходится поровну разделить между отставным коллежским регистратором Ферапонтом Беспандиным и сестрою его, вдовой подпоручика, Анной Кауровой,- поровну; заметьте: так сказано в завещании покойной их тетушки, архитекторской вдовы Филокалосовой.
Беспандин. Старуха перед смертью из ума выжила. Что бы все оставить мне! и не было бы никакой неприятности...
Каурова. Вишь, вы какие!