Услышав это известие, падишах воспрянул духом и наградил пастухов так, чтобы им хватило пропитания на несколько лет. А сам взял с собой везиров и векилей и тотчас пустился в путь. Привез падишах богатырей из пастушьего коша в город и стал расспрашивать, что они разузнали. Богатыри рассказали о тех лишениях, которые им выпали, о муках, которые они претерпели, и закончили свою речь так:
— О падишах! Коротко говоря, тридцать девять твоих жен бесплодны, и только у той, что невольница, родятся два сына. С этого дня ты должен быть с ней.
А боязливый богатырь добавил:
— О падишах, это очень верные слова. Когда этот богатырь крепко спал, потому что он храбрее меня, я от страха всю ночь не мог сомкнуть глаз и слышал, что вдруг сверху раздался голос: «О дервиш! У падишаха родятся два сына от жены-невольницы, а от остальных жен никто не родится». Все это я слышал своими ушами.
Приняв богатырей с почетом и лаской, падишах отправил их домой, а потом позвал своих жен и тридцать девять из них отпустил, а той, что была невольница, сказал:
— Ну, Гюльджемал, приберись немного и сегодня вечером расстели постель пошире.
Гюльджемал, имя которой до сих пор никому не было известно, заулыбалась, мысленно говоря себе: «Господи, неужто это правда?» Она умылась, прибралась и уже на склоне дня постелила постель. Когда солнце село, падишах пришел к Гюльджемал, лег к ней под одеяло и только было начал ее ласкать, как вдруг снаружи раздался голос: «Хак!»[«Хак!» — в суфийской терминологии — «бог», «истина») здесь — возглас дервишей.] Падишах тотчас вскочил:
— Кто это? — спросил он.
— Какой-то дервиш пришел, — отвечал ясаул.
— Ну, дервиш, что тебе нужно? — сказал падишах, выйдя из дома.