- Не по росту цени, цени по делу!
И, увидев, что красавица залилась слезами, прибавил:
- Было бы из-за чего плакать! Не для того я лазил на башню, чтобы стать твоим мужем и повелителем царства. Ты вовсе мне не нужна. Слыхала, что говорят в народе: брыкливого ишака и бархатная попона не украсит! Не для тебя я старался, я хотел поберечь лихих джигитов, что, как бабочки на огонь, летели на твой зов. А теперь - зови не зови - никто не придёт к тебе, хоть развесь ты свои шапки на всех минаретах! А из этой серебряной тюбетейки я сошью отличный налобник для своего старого ишака; он у меня не брыкливый!
Так сказал Ярты, и толпа засмеялась.
- Слуги, воины, рабы! - закричала дочь падишаха. - Отрубите голову дерзкому мальчишке!
Слуги бросились выполнять её приказание, но Ярты как сквозь землю провалился. Сколько его ни искали, - найти не могли. Не так-то легко найти иголку в стоге сена!
А Ярты был уже далеко - за городской стеною. Он отвязал своего верного ишака, вскарабкался к нему на спину и не спеша потрусил к своему аулу.
- Ио, ио! - подгонял мальчик осла. - Скачи проворней, если можешь. На нашем хлопковом поле куда привольней, чем в городе падишаха!
Так он ехал, беседуя со своим серым другом. Ярко светило солнце, а впереди расстилалась длинная, как сама жизнь, дорога пустыни.