- Не видя воды, не снимай сапоги!
Не смолчал и отец Ярты-гулока:
- Не смейся, когда сосед в беде, - придёт очередь и тебе!
А толстый чайханщик, давясь от смеха, закончил:
- Чем считать блох на чужой собаке, посчитай дыры на своём халате!
Дехкане так разошлись, что и рта не давали открыть прославленному говоруну. Аман молчал. Купец пришёл в ярость и на чём свет стоит стал бранить своего слугу, посрамившего его при всём народе. Но что случилось, - того не вернёшь; осмеянный острослов закрыл своё лицо шапкой и выбежал из чайханы. Купец бросился было за ним, но дехкане схватили его за полы бархатного халата:
- Стой, богач! - закричали они. - У обманщика борода вспыхнет! Не так ли говорит пословица? Отдай нам сперва обещанные десять монет, а потом можешь бежать на мороз, если тебе жарко у нашего очага.
Купец бросил на глиняный пол чайханы кошелёк с деньгами и убежал вслед за слугой.
Дехкане пересчитали деньги и решили на десять золотых, полученных от купца, прорыть новый арык в ауле, чтобы каждый дехканин мог посадить два-три дерева у своего дувала. Все были очень довольны этим решением и вскоре разошлись по домам.
Пошёл домой и Ярты-гулок со своим старым отцом. В холодном небе сияла полная луна, и от её синего света ещё холоднее становилось на сердце Ярты-гулока. Отец молчал, и Ярты молчал. Он понимал, что отец разгневан.