Еще несколько дней назад Арнольд Лифкен прислал телеграмму о том, что он встретил Бекки и едет с нею. Аллен Стронг в восторге тотчас же позвонил жене, чтобы поделиться радостью, но оказалось, что она получила такую же телеграмму от Лифкена. Следующая телеграмма пришла через два часа: они ехали. «Очень хорошо!» — снова обрадовался Стронг. Потом телеграммы от Лифкена шли одна за другой с интервалами через час. Это отрывало Аллена от работы.
— Ну, едут и едут! — сказал он, вконец раздосадованный тем, что его снова оторвали от работы, чтобы вручить телеграмму. — Больше не докладывайте! — сказал он и подскочил на стуле, услышав звон бьющегося стекла.
Стронг прошел в соседнюю комнату. Грузный пожилой мужчина с лысой головой подбирал с пола осколки пробирок.
— Клара, где наши лаборанты? — закричал Стронг, сердито поглядывая на незнакомца.
Прибежала белокурая девушка:
— Мистер Стронг, почти все ассистенты и лаборанты присоединились к всеобщей забастовке. А этого привел мистер Трумс.
— Вызовите Трумса, и побыстрее! А вы, — Аллен обратился к рабочему, — вы просто пьяны.
— Простите, профессор, я не пьян. Я Мюллер, немецкий ученый, но впервые за три года получил работу, и у меня от волнения дрожат руки. У меня большая семья…
Трумс вошел, слегка запыхавшись, с сигарой в зубах.
— Неужели нельзя было подобрать половчее, а не этих инвалидов, бьющих посуду! Смотрите, вся работа гибнет.