Стронг шел за ним, удивленный этим странным обращением с собой.
Однако то, что он увидел дальше, было еще более удивительно. В огромном четырехугольнике, обнесенном высокой стеной, был воздвигнут целый городок. Над трехэтажным домом высился шпиль с тем же радужным стеклянным шаром на верхушке. Вдоль стен тянулись на сотни метров огромные, как ангары, оранжереи, занимая обширную площадь.
— Что вы тут настроили? Зачем столько оранжерей? — воскликнул Стронг. Достаточно было одной.
Бауэр смерил его презрительным взглядом и что-то пробормотал о «шляющихся бездельниках». Они прошли по всему участку. Беглый осмотр занял три часа. В оранжереях росли пшеница, кукуруза, виноград, лимоны, картофель и многие другие культуры. Впрочем, вряд ли можно было назвать растениями их жалкие остатки, пожираемые армией вредных насекомых и болезнями!
Стронг все время возмущался и твердил о ненужных расходах.
— План строительства дал президент академии, — процедил сквозь зубы Отто Бауэр.
За оврагом оказался еще один двор, скрытый за высоким забором. Там виднелись какие-то строения. Бауэр не провел туда Стронга, а только показал этот двор издали. Стронг, подавленный обилием впечатлений, забыл спросить о его назначении.
Наконец пришел Лифкен. Бауэр ушел. Стронг пожаловался на грубость Бауэра и упрекал за расходование средств на ненужные постройки. Лифкен извинялся. Он согласился, что привезенный из Германии в числе тысячи других специалистов этот немец действительно резок и груб, но что Бауэр, как и Мюллер, весьма знающий свое дело специалист. Кроме того — что самое важное, — специалистов, импортированных из Германии, как прощенных фашистов, приказано опекать, чтобы они могли на деле доказать любовь к Америке.
— Кроме того, — тут уже Лифкен говорил без улыбки, — президент академии настаивал на больших масштабах постройки. Он сказал, что вы трудитесь над предстоящим докладом и вас не надо беспокоить.
Аллен Стронг тогда же посетил президента. Тот принял ученого очень предупредительно.