— Не сердись на меня и наш спор почаще вспоминай!
— О нет, я не сержусь, — отозвался Эптон и через стол протянул Стиллу руку; тот подал свою.
— Из-за слова, даже не с большой буквы, мне пришлось перейти из военной авиации к частной фирме, — сказал коренастый молодой летчик с обветренным, загорелым лицом. — Теперь работаю в синдикате Дрэйка. Вожу вредных жуков за границу.
— Подлая работенка, — желчно заметил Робин Стилл, искоса поглядывая на летчиков.
— Работа плохая. Да платили бы побольше… Деньги не пахнут.
Робин Стилл досадливо поморщился. Ему претило это стремление к легкой наживе, превозносимое газетами, как национальная черта американского характера. К счастью, есть люди с другим характером. Робин Стилл с симпатией посмотрел на молодую женщину.
— Простите, я не расслышал ваше имя, — сказал Стилл, обращаясь к молодой женщине.
— Меня зовут Руфь… Руфь Норман.
— Я знавал одного Нормана, — сказал Поль. — Славный был парень. Его звали Франк.
— Вы говорите — был? — вскрикнула молодая женщина, с испугом глядя на Поля. — Очень прошу: опишите внешность знакомого вам Франка Нормана.