Бекки видела красно-бурую почву, круглые листья лотоса с розовыми цветами, темную воду реки Тиндьи, наполненную купающимися, высокие кровли малайских хижин, крытых пальмовыми листьями, и темные пятна рощ и плантаций.
Две горные вершины уже окутались тучами. Постоянство жары и духоты изнуряло Бекки. Она вынула платок из сумочки и вытерла лицо. Ученый показывал путь.
— Тормози! — вдруг крикнул он.
Тунг затормозил. Ученый высунулся в окошко и что-то спросил прохожего. Малаец, недоверчиво кося глазами на Бекки, тихо ответил. Поехали дальше. Дорога тянулась среди леса, по склону горы, а потом спустилась в долину.
— Вот, — сказал Ганс Мантри Удам и показал среди деревьев фасад нового дома.
Дом был частью высокой белой стены, увенчанной острыми металлическими гвоздями. Бекки вышла у ворот. Вывески не было. Она попробовала открыть дверь рядом с воротами. Дверь оказалась запертой. Бекки позвонила. За круглым стеклом двери показалось лицо белого человека.
— Это филиал Института Аллена Стронга? — спросила Бекки.
— Ну и что? — настороженно отозвался незнакомец.
— Да или нет? — рассердилась Бекки. — Откройте дверь!
— Приема нет! — ответил незнакомец и дверь не открыл, как ни требовала Бекки.