— Здесь написано «Оленьи леса», — сказала Бекки.
Джим вынул из-под сиденья бинокль и долго всматривался в горизонт. Наконец он в недоумении пожал плечами и передал бинокль Бекки. Девушка увидела пески, кругом пески. Никого. Ни человека, ни зверя. Пустыня. Только вдали, в низине, виднелись полосы зелени.
— Это молодая пустыня, — сказал Джим. — Не здесь ли испытывали атомную бомбу?
Они сели в машину и осторожно поехали к полоске зелени в надежде найти там воду, чтобы заменить кипевшую в радиаторе.
Солнце перевалило за полдень.
— Ждите, я сейчас, — сказал Джим, когда они подъехали к зеленым кустам, и исчез в зарослях.
Слабый ветер чуть шевелил листья на кустах тальника, но тростники, как казалось взволнованной Бекки, зловеще шуршали. Вдруг раздался треск ломающегося камыша, шум веток. Бекки насторожилась. Джим выбежал из зарослей.
— Опять ку-клукс-клан? — тревожно спросила Бекки.
Из зарослей вышли двое мужчин и направились к ним. Бекки удивленно и внимательно осмотрела их. На ногах у них были не ботинки, а сшитые на индейский манер куски кожи. Кожаные брюки, похожие на бриджи, внизу были стянуты обмотками. Кожаные куртки плотно облегали тело. На голове у первого была кепка, а у второго — старая фетровая шляпа. У обоих за плечами висели охотничьи ружья.
— Алло! — крикнул Джим.