— Но ведь комиссия еще не окончила работу, — сказала Анна.
— Комиссия напишет только то, что я ей прикажу! — уверенно заявил Луи Дрэйк, самодовольно улыбаясь.
Он стал хвастать, рассказывая о своей власти. С некоторых пор он не мог удержаться, чтобы не пустить пыль в глаза.
Анна Ван-Коорен молча слушала его, чуть-чуть прищурив глаза. Ван-Коорен скоро прибыл. Он поздоровался с гостями и тяжело опустился в кресло рядом с Луи Дрэйком.
— Анна, кофе! — приказал он.
— Я пришел за окончательным ответом, — напомнил Луи Дрэйк.
— А я только что говорил с профессором Сапегиным, — ответил Ван-Коорен. — На мой вопрос, кто является виновником заражения, он заявил, что это еще неизвестно. Видимо, филиал Института Стронга остается на подозрении. Так что ваши попытки шантажировать меня судом и тюрьмой за биологическую диверсию в Индонезии несостоятельны. Директора «Юниливерс» того же мнения.
— К черту! — закричал Луи Дрэйк и вскочил. — Завтра же передаю дело в суд! Во-первых, акции, переданные Скотту, находятся у меня. Поэтому пораскиньте мозгами, старина: не лучше ли служить у меня, чем у «Юниливерс»?
— Но ведь вы ограбили меня! — закричал Ван-Коорен и чуть не выронил поданную чашку. — Из капиталов, захваченных Скоттом, вы мне возвращаете только одну сотую часть. А я не хочу быть нищим!
— Сколько просите? — спросил Дрэйк.