— Боюсь провокации. — Егор кратко, не открывая главного, рассказал, в чем дело.
— Найдется, — ответил Тунг. Он спустился вниз и принес винчестер.
Давно не держал Егор оружия в руках! Но что может сделать он один против многих и имеет ли он право применять огнестрельное оружие? Ведь потом это так раздуют… Егор вздохнул и попросил спрятать винчестер. Он объяснил почему. Тунг унес оружие обратно.
На полпути к острову, левее их, прошел моторный бот без огней. Это возвращался Трумс. На пристани он доложил Дрэйку о встреченных им в море двух ботах, направлявшихся к острову.
— Все в порядке! — весело отозвался Дрэйк. — Птички почти в клетке!
На советских ученых, привыкших превращать пустыни в оазисы, засушливые степи делать плодородными полями, строить и созидать, картина поразительного разрушения зеленых растений на острове произвела ужасное впечатление. Лес на ближнем берегу исчез. Только вдали еще маячила темная стена. Отчаянно кричали птицы и носились стаями над исчезнувшим пристанищем. Выли звери. Их темные силуэты мелькали то здесь, то там. Сапегин, Джонсон и Анатолий сошли на берег. Сапегин осветил землю электрическим фонариком. Виднелись пеньки и темные куски праха. Было много пыли. На свет луча приползла змея. Профессор закрыл фонарик и предложил Джонсону и Анатолию садиться в бот и ехать дальше, чтобы высадиться в месте, где еще не разрушены деревья, и наблюдать процесс разрушения. Они отчалили, подплыли к видневшейся стене леса, вышли все на берег и вынесли грузы. Не успели они отойти и десяти шагов, как мотор на боте затарахтел и бот попятился в море.
Сапегин подбежал к берегу и закричал.
Он, как и другие, был в легком специальном скафандре, и крик его еле прозвучал. По опознавательным огням можно было видеть, что бот уходит в море.
Все трое закричали изо всех сил, но безрезультатно.
— Положение осложняется! — сказал профессор Джонсон, нервно потирая руки.