— Здесь! — облегченно сказал он и переложил их к себе в саквояж.
Сапегин сам отдал один флакон. У него нашли еще два.
У Анатолия тоже оказался один флакон. У Джонсона нашли пять. Перси Покет, сунув пистолет в карман, щелкал аппаратом, фотографируя весь процесс обыска.
— Мы как члены комиссии имели полное право исследовать место заражения. Мы взяли образцы возбудителя, — сказал Сапегин, — чтобы исследовать его сущность и выработать противоядие.
— Тем самым вы признаете, что были на острове, — сказал Трумс. — Значит, вы являетесь разносчиками болезни… Господа Сандерс, Ихара и Покет, вы слышали признание профессора Сапегина о том, что вся их группа была на острове.
Все названные подтвердили, что слышали это «ужасное признание».
— Но ведь «Эффект Стронга» теряет силу под лучами солнца, — возразил Сапегин, — и мы хотя и пользовались специальными скафандрами и дезожидкостью, с целью обеззараживания пробыли еще под солнцем целый день.
— Есть две расы возбудителей, — сказал Трумс. — Одна дневная, другая ночная. Неизвестно, с какой вы имели дело.
— Что же вы хотите с нами сделать? — спросил профессор.
— Продезинфицировать! — отозвался Юный Боб.