— Стреляй сюда, — и Егор показал на середину ствола дерева, шагах в тридцати.
Гномик с мольбой посмотрел на Егора, но тот вскипел:
— Ты, Гномик, вчера промолчал, когда Василий Александрович восхищался, что ты такой маленький, а уже охотник?
— Промолчал…
— Значит, ты назвался охотником. А раз назвался — делай. А если ты трус, то трус не может быть ни моим другом, ни пионером в нашей разведке. Если ты считаешь себя моим воспитанником, учись стрелять, а если нет, отдай ружье и отправляйся в город, домой! Такие нам не нужны.
— Ну хорошо, — сдался наконец Гномик, — я выстрелю.
«У парня есть самолюбие», подумал Егор и снова показал ему, как заряжать ружье. Гномик приложил ружье к плечу и закрыл глаза.
— Подожди! — крикнул ему Егор. — Зачем глаза зажмуриваешь?
Грянул выстрел. Егор подбежал к дереву и сердито крикнул бледному от волнения Гномику:
— Не попал! Стреляй, пока не попадешь! Не дергай за спусковой крючок!