— Надела красные ленты и воображаешь! Люда обиделась и убежала. Егору стало стыдно.
— Люда, — позвал Егор тихо, потом громче: — Люда, Люда!
Ему никто не ответил. Подошел Барс и завилял хвостом.
Егор выскочил из гамака и побрел в комнаты. Люда сидела на стуле у окна и, склонив голову над кусками материи, что-то шила. Красных лент в ее волосах не было.
— Не сердись! — тихо сказал Егор.
Люда нагнулась еще ниже. На материи образовался небольшой кружочек, потом еще один. Егору стало не по себе, и он не знал, что делать.
— Замечательная коробка, — сказал он, взяв в руки узорчатую деревянную коробку с нитками и иголками, — только крышка оторвана. Я бы мог поправить. У тебя есть отвертка?
Люда молчала.
— Что это за дерево?
— О… о…ореховый на…плыв, — прошептала Люда. — Почему ты такой грубый?