— Как же он сюда попал, этот заокеанский, иностранный вредитель? — удивился Искандер.
— Иностранный?! — воскликнул Егор и даже задохнулся от нахлынувших воспоминаний.
Спеша и волнуясь, он поведал обо всем, что запомнил из рассказов полковника Сапегина об использовании биологического оружия в экономической войне, которую ведут американские монополисты против своих конкурентов, за захват рынков. Егор рассказал о грибке, уничтожившем десятки миллионов кофейных деревьев в Индонезии и особенно на Цейлоне, и о розовом черве хлопковой моли, и о других вреднейших жучках. А закончил так:
— Максим Иванович рассказывал, что если виноградник заболеет филоксерой, надо сжечь весь зараженный участок, поэтому садят филоксероустойчивые сорта винограда. Для борьбы против других сельскохозяйственных вредителей применяют и птиц, и насекомых, и бактерий… А японский опаловый хрущ может размножиться здесь? — спросил Егор.
— Может. Из-за отсутствия естественного сопротивления, — пояснил Искандер.
И он кратко рассказал, как кролик, привезенный в Австралию, не встречая естественного сопротивления, расплодился так, что стал сельскохозяйственным вредителем. А когда чертополох попал в Южную Америку, где он никогда не рос и, значит, не встречал сопротивления в среде растений, не знавших такого соперника, то захватил огромные площади.
— Значит, этот хрущ может уничтожить все привитые нами в лесо-саду деревья! — с ужасом сказала Люда.
— Надо сейчас же, не медля ни секунды, сообщить об этом в Джелал-Буйнак, — спохватился Искандер. — Я немедленно поеду.
— Не надо, я ведь сейчас еду в колхоз за документами, — сказал Егор. — Документы я пришлю с кем-нибудь из пионеров, а сам на машине поеду в город сообщить о жучке. Я быстрее вас доеду.
Гномик бережно уложил жучка в спичечную коробку с ватой, а сверху написал: «Японский опаловый хрущ. Обнаружен Егором Смоленским в районе Алматала. Определен Анатолием Батовым».