— Вот что, хлопцы, — сказал Егор: — вы все знаете, зачем мы едем в горы…
— Знаем, знаем — разведгруппа! — прервал его Ромка.
— Так вот, если мы найдем полковника Сапегина, он нам во всем поможет. Это, ребята, самый храбрый, самый справедливый, самый честный человек и самый веселый. А сейчас сочиним боевое донесение Борису о нашем мотомарше! — И Егор достал из своего рюкзака блокнот и конверт.
Ребята спешили, и получился длинный, бестолковый рапорт. Он никому не нравился. Топсу хотелось описать все очень ярко. Егор хотел писать кратко, как и полагается в боевом донесении. Ромка настаивал на подробном описании всех мест и событий, а Гномик хотел одного: скорее ехать.
Наконец написали так:
«Неизвестная высота на Ляхшском шоссе, под деревом, 16 часов 17 минут. 5 августа 1945 года. Председателю совета 4-й пионерской дружины т. Б. Ладыгину. Едем нормально. Все 4 активных штыка и Барс здоровы. Машина в порядке. Осталось 17 километров до урочища реки Чак. Завтра рано утром выступаем на разведку маршрута».
Егор подписался:
«Воспитанник полковника Сапегина Егор Смоленский».
— А мы тогда как же? — спросил Ромка. — Уж лучше пиши: «Разведчики», и мы все подпишем.
— Разведчики чего? — спросил Топс.