Джентльмен написал, но никто не мог разобрать его почерка. Адвокат сделал удивлённое лицо.
— Странно! — сказал он, достав из кармана пачку старых писем и сличая почерки. — Вот письма Гарвея Вилкса, но ни один из этих трёх почерков не похож на почерк брата покойного.
Король с герцогом оба скорчили растерянные рожи: они поняли, что адвокат их надул. А пожилой джентльмен сказал:
— Позвольте мне объясниться. Так как у меня неразборчивый почерк, то все мои письма переписываются братом Вильямом. Старые написаны его рукой, а не моей.
— Хорошо, — сказал адвокат. — У меня есть также и письма за подписью Вильяма Вилкса. Попросите вашего брата написать что-нибудь, чтобы сличить.
— Он не умеет писать левой рукой, — возразил пожилой джентльмен, — а правой он сейчас не владеет. Но сличите его собственные и переписанные им мои старые письма, и вы убедитесь, что я говорю правду.
Адвокат сличил.
— Действительно, почерки схожи — сказал он. — Прекрасно! Кажется, мы напали на след истины. Достоверно, по крайней мере, то, что старые письма писаны не этими субъектами. — И он мотнул головой в сторону короля и герцога.
Но кто бы мог поверить: старый плут и тут нашёлся! Он начал уверять, что брат его, Вильям, отъявленный шутник и ему, наверно, пришло в голову выкинуть какую-нибудь шутку, когда он взялся за перо. И король принялся, что называется, заговаривать зубы — рассказывать разные смешные анекдоты про своего младшего брата.
Пожилой джентльмен прервал его.