— Нет, ваше величество, как можно!.. Совсем не то, ваше величество… — лепетал я.
— А что же? Говори, или я из тебя все кишки вытрясу!
— Сейчас, ваше величество, всё расскажу по порядку. Вот как было дело. Человек, который держал меня за руку, был очень добр ко мне и говорил, что у него был сын одних лет со мною, который умер в прошлом году, и оттого ему так жаль меня. И вот, как нашлись деньги-то да началась толкотня, он мне и шепнул: «Беги скорее, а не то повесят!» Я и убежал. Что же мне было делать? Ведь пользы я не мог бы вам принести никакой, а быть повешенным мне не хотелось. Я сказал Джиму, что вас и герцога, быть может, уже нет в живых, и мы оба чуть не плакали. А потом страшно обрадовались, когда увидели, что вы живы-здоровы.
Джим подтвердил мои слова, но король велел ему молчать и хотел утопить меня. Герцог, однако, остановил его:
— Оставь мальчишку, старый дурак! Чего ты набросился на него?
Король оставил меня, и они начали ругаться. Герцог обвинял короля во всех неудачах, и я узнал из их слов, что они, как и я, спаслись только благодаря суматохе, поднявшейся в ту минуту, когда в гробу нашли деньги, а иначе не миновать бы им виселицы.
Потом они помолчали, и наконец король сказал:
— Гм… А ведь мы думали, что деньги украдены неграми.
— Думали, думали! — сказал герцог с усмешкой.
— По крайней мере, я так думал, — отозвался король.