— Это я не знаю, Гек, мой мальчик, не знаю. Вы ведь добрые друзья, ты и вдова, верно?
— Да. Во всяком случае, она была мне добрым другом.
— Ну и хорошо. Чего ж тебе бояться?
Гек, никогда скородумством не отличавшийся, еще не успел окончательно ответить себе на этот вопрос, а его и Тома уже ввели в гостиную миссис Дуглас. Мистер Джонс, несколько задержавшийся, поскольку ему пришлось устраивать тележку у дверей дома, вошел следом.
Гостиная была ярко освещена, а присутствовали в ней все, кто имел в городке хоть какой-то вес. Здесь были Тэтчеры, Харперы, Роджерсы, тетя Полли, Сид, Мэри, священник, редактор газеты и многие, многие другие — и все в лучших своих одеждах. Вдова приняла мальчиков со всей сердечностью, на какую могли рассчитывать существа столь неподобающего обличия. Мальчиков покрывала глина и потеки свечного сала. Тетя Полли залилась от унижения краской, насупилась и покачала, взирая на Тома, головой. Никто здесь и вполовину не страдал так, как страдали мальчики, однако мистер Джонс сказал:
— Том еще не добрался до дому, я уж отчаялся его найти, да вдруг смотрю, они с Геком у моего дома стоят — ну я и привел их сюда.
— И правильно сделали, — сказала вдова. — Пойдемте со мной, мальчики.
Она привела их в свою спальню и сказала:
— Умойтесь, переоденьтесь. Вот вам два новых костюмчика — рубашки, чулки, тут все есть. Вот этот для Гека… Нет, Гек, не надо меня благодарить, я только один из них купила, другой — мистер Джонс. Но они обоим вам будут в самый раз. Одевайтесь. А мы подождем. Как приведете себя в порядок, приходите.
И она удалилась.