— Ох, тетя, я…
— Да что же с тобой такое — что такое, дитя?
— Ох, тетя, у меня палец на ноге совсем омертвел!
Старушка рухнула на стул и захохотала — ненадолго. Потом она немного поплакала, а потом, продолжая плакать, засмеялась снова. И наконец, совладав с собой, сказала:
— Ну и напугал же ты меня, Том. Ладно, хватит дурака валять, вылезай из постели.
Стоны прекратились, боль в пальце куда-то исчезла. Том почувствовал себя довольно глупо и потому сказал:
— Тетя Полли, он, правда, показался мне омертвевшим, а болел так, что я даже про зуб забыл.
— Еще и зуб в придачу! Что у тебя с зубом?
— Шатается и ужас как болит.
— Ладно-ладно, ты только стонать заново не начинай. Открой рот. Да — и вправду шатается, но ничего, от этого не умирают. Мэри, принеси-ка мне шелковую нитку — и головню с кухни прихвати.