И с буйным хохотом они кинулись все на колени, воздавая своей жертве глумливые почести.
Принц дал ближайшему мальчишке пинка ногой и, пылая негодованием, крикнул:
— Вот тебе в задаток до завтра. А завтра я тебя вздерну на виселицу.
А, это уж не шутка! Какие тут шутки! Смех мгновенно умолк, и веселье уступило место ярости. Десять голосов закричало:
— Хватай его! Волоки его в пруд! Где собаки? Лев, сюда! Сюда, Клыкастый!
Затем последовала сцена, какой никогда еще не видела Англия: плебеи подняли руку на священную особу наследника и решили затравить его псами, которые чуть не разорвали его.
Псы чуть не разорвали его.
К наступлению ночи принц очутился в самой заселенной части города. Тело его было в синяках, руки в крови, лохмотья забрызганы грязью. Он бродил разъяренный по улицам, все больше и больше теряя сознание того, где находится, — усталый и слабый, еле волоча ноги. Он уже перестал задавать вопросы прохожим, потому что те, вместо ответа, ругали его. Он бормотал про себя:
«Двор объедков! Если только у меня хватит силы дотащиться туда, прежде чем я упаду, — я спасен. Его родные отведут меня во дворец, докажут, что я не принадлежу к их семье, что я — истинный принц, и снова я стану, чем был».