Том стал в эффектную позу и как будто совершенно углубился в раздумье, почесывая себе затылок, потом вдруг оживился и говорит:
— О, что это я!.. Совсем было позабыл.
Это он врал, я знаю это. Он продолжал:
— Не сделает ли кто-нибудь мне удовольствие одолжить мне., маленькую отвертку? В саквояже вашего брата, который вы стащили, Юпитер, была отвертка, но она верно теперь не при вас.
— Нет ее у меня. Она была мне не нужна и я отдал ее.
— Потому что вы не знали, на что она может пригодиться.
У кого-то в толпе нашлась отвертка и когда ее передали из. рук в руки, через все головы, Тому, он сказал Юпитеру, на котором были сапоги Джэка:
— Поставьте ногу на этот стул… — а сам стал на колени и принялся отвинчивать металлическую пластинку от его каблука… Все так и ждали, что будет. А когда Том вытащил огромный бриллиант, поднял его вверх и стал поворачивать, во все стороны, заставляя его сверкать и гореть на солнце, у всех даже дыхание перехватило, а Юпитер совсем нос повесил. Когда же Том достал и второй бриллиант, Юпитер приуныл окончательно. Еще бы! Он думал теперь, как бы он мог уйти и зажить богато и независимо где-нибудь на чужой стороне, если бы только ему посчастливилось догадаться о том, зачем лежала в саквояже отвертка! Да, было чему подивиться, все ахали, и Том достиг апогея славы. Судья взял бриллианты, встал с места, сдвинул себе очки на лоб, прокашлял и сказал:
— Я сохраню эти каменья и извещу о находке владельцев. И когда они пришлют за ними, я с действительным удовольствием передам вам две тысячи долларов, которые вы заслужили. Но вы заслужили, сверх того, самую глубокую и искреннюю признательность здешнего общества за то, что избавили целую невинную семью от незаслуженного горя и позора, спасли доброго и почтенного человека от казни и предоставили осуждению и каре закона гнусного и жестокого злодея с его несчастными клевретами!
Вот, сэр, если бы к этому оказался еще духовой оркестр, чтобы проиграть туш, штука вышла бы вполне законченная. Том Соуэр был того же мнения.